Бродячих собак в Оренбуржье будут уничтожать... в определенных случаях

_{Памятник бездомной собаке на Советской улице Оренбурга. Фото 1743.ru}

Кассационный суд, расположенный в Самаре, 7 апреля рассматривал заявление оренбургских зооволонтеров, которые требовали отменить закон, позволяющий усыплять бездомных животных в случае введения экстраординарной ситуации. Сначала они пытались отменить этот закон через областной суд, но не вышло; потом подавали апелляционную жалобу, тоже бесполезно; наконец, дошло дело до кассационной — и опять мимо.

Иск коллективный, но массовости не получилось

Вообще, этот иск изначально подавался зоозащитниками как массовый, коллективный: сначала истцами числились 70 человек, потом к исковым требованиям присоединялись новые им новые люди — и в итоге число истцов перевалило за сотню. Все они скрупулезно перечисляются в каждом решении суда — порядок есть порядок — и на официальном сайте суда тоже. Честно говоря, не совсем понятно, что эта массовость дала зоозащитникам — разве что вынудили суд тратить больше бумаги… Но выглядело это, надо сказать, эффектно: на предыдущих заседаниях по этому делу залы суда были переполнены.

_{Скриншоты из тг-каналов зоозащиты}

В этот раз ожидалось нечто подобное: зоозащитные паблики призывали прийти в Оренбургский областной суд, в котором была организована видеоконференцсвязь с Самарой, поддержать требования; под призывами этими ставились сотни лайков, но в итоге в зале суда оказались только 4 представителя этого движения. То ли запал у остальных исчез, то ли потеряна вера в благополучный исход дела — но, так или иначе, большой зал, выделенный под толпу народа, оказался пустым.

_{Четыре зоозащитницы-истицы, пришедшие в суд. Фото 1743.ru}

Зооюрист: гибель ребенка — не экстраординарная ситуация?

Непосредственно в Самаре находился представитель оренбургских зоозащитников, самый, наверное, известный в этой среде юрист — Сергей Егоров, который, например, вел громкое дело кота Твикса, выброшенного проводницей из поезда…

Ничего особенно нового он не сказал, практически все доводы уже озвучивались Егоровым ранее, в Оренбурге. Тем не менее, несколько ярких цитат привести хочется. К сожалению, проведение видеосъемки прессе суд запретил, поэтому нам придется ограничиться диктофонной записью.

Главное, на что он делал упор, — это то, что никакой экстраординарной ситуации в Оренбурге нет и не было. Да-да, даже кошмарный случай трехлетней давности, когда собаки насмерть загрызли ребенка, был трагедией, но ничего экстраординарного в этом усмотреть нельзя, считает он.

Сергей Егоров, зооюрист:

— Это не экстраординарная ситуация. Это не я придумал, это исходит из логики толкования Конституционным судом Российской Федерации. Безусловно, это трагедия, но в каждой трагедии нужно разбираться. И следственные органы это в Оренбурге сделали… Мы считаем, что в Оренбургской области нет экстраординарной ситуации. Мы исследовали статистику покусов: примерно она составляет 5300 в год, и вот такая она была на протяжении 3-4 лет, плюс-минус 100 покусов в год.

Экстраординарная ситуация, говорит Егоров, это взрыв на Чернобыльской АЭС, или Чеченская война. А человек погиб — ну, иногда люди погибают. Тем более что за смерть ребенка в Оренбурге суд уже наказал бывшего начальника УЖКХ (речь идет об Анатолии Байкарове, приговоренном к 2 годам принудительных работ) за халатность при отлове собак.

Вообще, говорит зооюрист, проблема вовсе не в том, что «гуманный» федеральный закон не работает — проблема в чиновниках, которые не хотят работать.

Сергей Егоров, зооюрист:

— Прокуратура Оренбургской области через суд добилась, чтобы местные чиновники строили муниципальные приюты, которых в регионе нет ни одного, и в Оренбурге нет, и в Орске, где очень сложная ситуация с животными, их тоже нет. Решения судов вступили в законную силу, в обоих случаях признано незаконным бездействие местных чиновников. В городе Орске сейчас судят чиновника за халатность… То есть все вот эти данные свидетельствуют о том, что дело здесь не в недействующем законодательстве, а в бездействии чиновников, в халатном отношении к своей работе.

Представители ответчика, присутствовавшие на заседании — юристы Минсельхоза и Заксоба — заявили, что с этими доводами не согласны, что область наша работает по «гуманной» программе «ОСВВ» (отлов, стерилизация, вакцинация, возврат в прежнюю среду обитания), и режим экстренной ситуации вводится временно и на локальной территории, так что говорить, будто бы у нас убивают всех собак без разбора, неверно. В общем, никакого противоречия с федеральным законодательством не наблюдается.

Суд с этим согласился: в удовлетворении исковых требований зоозащиты было решено отказать.

«Виновата система»: мнение зоозащитниц

Во время заседания те немногие зоозащитницы, что явились на процесс, порывались что-то сказать, пользуясь своим статусом истцов. Но председательствующий судья то ли их не услышал, то ли… слова им, короче, не дали: так, посидели, послушали и разошлись, расстроенные.

После заседания журналист 1743.ru предложил им высказаться. О процессе, о ситуации в регионе — ну, вообще о том, что наболело. Три женщины согласились воспользоваться этой возможностью. Полностью дать их комментарии не получится, уж очень они обширны, но главное передать попробуем. Без комментариев.

Надежда Темчинская:

— Все время у нас отстреливали собак — меньше их не становилось. Ввели систему [ОСВВ], которая работала у нас плохо — никто не проверял, стерилизовали собаку или нет. Бирку на ухо прилепили, выкинули, деньги списали. Потом говорят: собака с биркой родила щенков! Кто виноват? Виновата система, которая не контролирует этот процесс… Получается, система не работает, мы поменяли ее на экстраординарную ситуацию. Результата нет! Опять: там укусили, там подали заявку, то-се. Полтора года это не работает! Значит, пора понять, что это не работает, и, наверное, вернуться к каким-то гуманным методам?

Ирина Шитова:

— Я напрямую работаю с детьми, я работаю в школе, и я вижу эту динамику… Мы принимаем такие законы, которые просто-напросто ввергнут нашу область, а в дальнейшем и страну, в пучину жестокости. Не только к животным, но ко всему живому, в том числе и к человеку. Есть известный криминальный психолог, Виноградов, он говорил, что, если у нас нет эмпатии, то есть чувств сострадания, жалости, милосердия, то такое общество просто-напросто обречено. Потому что эти люди, которые принимают такие решения, просто не видят последствий принятия таких законов. Это будет… Ну, пройдет года два-три, и мы все увидим эти последствия, которые приведут к росту преступности среди молодежи и даже среди детей.

Эльвира Игнат:

— Самые главные причины того, что собаки появляются на улицах, виной этому — человек. Породистых животных у нас разводят люди, которые не имеют никакой лицензии, их никто не контролирует, они не платят налоги. Работа не ведется! У властей Оренбургской области есть право вводить собственные законы. Ну, вот с этой стороны почему они не вводят законы? Чтобы запретить продажу? На «Авито» зайдите, сколько там продается щенков и котят: все эти котята и щенки — это обесцененная жизнь. Любого породистого щенка можно взять, поиграть, на день рожденья подарить, а потом выбросить. Эти животные оказываются на улице, и бедные волонтеры берут всю эту тяжесть на себя. Почему не государство этим занимается, а мы?