«Все знают, что у нас сидит вор в законе»: в Оренбурге начался суд над Зауром Нахичеванским

_{Заур Шипилов в суде, июль 2025. Фото 1743.ru}

В Оренбургском областном суде начался процесс по делу Заура Шипилова — сорокалетнего оренбуржца, которого следствие считает вором в законе Зауром Оренбургским, или (как вариант) Зауром Нахичеванским. Сейчас это само по себе является преступлением: если человек занимает «высшее положения в преступной иерархии», ему грозит от 8 до 15 лет лишения свободы. Не удивительно, что Шипилов факт принадлежности к элите криминального мира отрицает.

«Я из-за них сижу»: вора в законе придумали журналисты?

Заседание началось с того, что подсудимый потребовал удалить журналистов из зала заседания: чтобы не искажали информации, по своему обыкновению.

—Я из-за них и сижу. Они все искажают, как им удобно, так и преподносят… — заявил Шипилов.

Его защитники это мнение поддержали.

— Сторона защиты возражает против нахождения представителей средств массовой информации в ходе судебного заседания в связи с тем, что, действительно, искажается ситуация, и в разных ключах она указывается в различных газетах и статьях, — заявила адвокат Мария Гайворонская.

Ну, это все, конечно, не ново. Что-то подобное звучит практически на каждом судебном процессе в отношении лиц в той или иной степени известных. В разное время против присутствия прессы возражали, например, Сергей Корчагин (который судится по той же статье, что и Шипилов — его считают криминальным авторитетом; правда, обвинял он журналистов поначалу, а чем дальше, тем охотнее общался с прессой из клетки), или экс-министр Наталья Ибрагимова и экс-глава Наби Османов, обвиняемые в коррупции, или братья Макаровы, которых обвиняют в покушении на убийство, а одного из них — и в убийстве…

Итак, выслушав эти ходатайства, суд запретил проводить фото- и видеосъемку, но разрешил присутствовать в зале и делать аудиозаписи, так что иллюстрировать этот репортаж мы будет старыми фотографиями, сделанными еще летом, когда Шипилову избирали меру пресечения.

_{Заур Шипилов в суде, июль 2025. Фото 1743.ru}

Обвинительное заключение: какое преступление совершил Заур Шипилов?

Гособвинитель зачитал заключение: в чем конкретно обвиняется подсудимый.

Коронация в Турции

По мнению обвинения, летом 2013 года Заур Шипилов, находясь в Турции, был «коронован», то есть получил статус вора в законе, заняв высшее положение в криминальное иерархии, установленной на территории России и бывших республик СССР.

Короновали его будто бы воры в законе, известные под криминальными прозвищами Дато Сургутский, Жоржикич, Хасик, Хаджи Бейлаганский и Ровшан Ленкоранский. После этого он «занял аналогичный с ними высший криминальный статус — вор в законе».

Получив этот статус в 2013 году, Шипилов, по словам гособвинителя, продолжил им пользоваться и после 2019 года, когда вступил в силу новый закон, вводящий в Уголовный кодекс новую статью.

Назначение «смотрящих» за городами и районами Оренбуржья

По версии обвинения, Шипилов в качестве вора в законе исполнял ряд функций: например, он «прививал криминальные традиции» и требовал их исполнения в местах лишения свободы, занимался «формированием так называемого общака, то есть кассы взаимопомощи в преступном сообществе», назначал «смотрящих, то есть криминальных авторитетов, отвечающих за конкретные территории Оренбуржья, и выступал в качестве судьи в спорах между разными криминальными группами.

Например, утверждает гособвинитель, он за разные нарушения лишил статуса «смотрящих» кучу разных людей (перечислены фамилии-имена-отчества и прозвища: Урюп, Витяй, Деуля и так далее), раздал эти должности другим людям (опять имена и прозвища: Грузин, Коновал и прочие), рассудил на «сходках» много споров.

Сбор денег с бизнеса

По словам гособвинителя, именно к Шипилову текли деньги с криминальной историей: то, что отдавали всевозможным «положенцам» таксисты, содержатели бань и саун, а также те, кто сдает в аренду жилье. Эти средства он якобы использовал «для собственного обогащения и для криминального сообщества».

Показания свидетелей: что о Шипилове известно сотрудникам ФСИН?

В качестве свидетелей со стороны обвинения на этом заседании выступили три офицера ФСИН — службы исполнения наказаний. Все они занимаются оперативной работой в следственных изоляторах и в колониях, и, конечно, по долгу службы обязаны знать, кто из заключенных имеет влияние на других, от кого можно ждать неприятностей.

Что про подсудимого говорит «спецконтингент»?

Все трое (их вызывали в зал заседаний по очереди) заявили, что им точно известно — от спецконтингента, то есть от подследственных и осужденных — что Шипилов имеет статус вора в законе, что получил его в Турции 12 лет назад...

— А кто-то из тех, кто вам это рассказал, был свидетелем «коронации»? Видел это? Там, в Турции? — поинтересовалась у одного из них адвокат Татьяна Будовнич.

Этот вопрос вызвал у оперативника ухмылку: нет, там они не были, но знают, что говорят, в криминальной среде такие сведения разносятся быстро.

— Каждый, кто к нам приезжает, уже знает, что у нас сидит вор в законе, — объяснил начальник оперативной службы СИЗО-1, где сейчас содержится Шипилов.

Именно поэтому подсудимого отправили в одиночную камеру — чтобы лишить его возможности контакта с другими подследственными. Более того, в первый же день его содержания в СИЗО этот свидетель — то есть оперативник — проводил с особым заключенным беседу и объяснял, что в изоляторе не должны возникать никакие беспорядки: бунты, голодовки и прочее. Тогда Шипилов, по словам свидетеля, твердо сказал ему: ничего такого не будет, потому что это «ему самому не нужно».

Впрочем, он все же ведет себя не вполне лояльно к администрации: за время содержания его уже несколько раз отправляли в карцер — например, за то, что он закрывал камеру видеонаблюдения, через которую сотрудники СИЗО наблюдают за ним, и отказывался выполнять некоторые их требования.  

Подсудимый на камеру заявил, что он вор

А еще все три свидетеля одинаково рассказали одну историю. По их словам, когда Шипилов был доставлен в СИЗО, его на камеру спросили, является ли он вором в законе. Тот ответил: «Да, я вор». Тогда же были сделаны фотографии имеющихся у него татуировок, в том числе восьмиконечных звезд, наколотых на колени. Это, объяснили оперативники, признак «отрицалова», то есть убежденных преступников, которые не признают законов отказываются жить так, как им велит администрация учреждения. Не обязательно это воры в законе, но точно люди, имеющие определенный вес в криминальных кругах. Впрочем, заметили оперативники, сейчас это не всегда соблюдается.

— Теперь все запутано стало. Некоторые просто колют звезды, не знают, что это означает. По правилам криминального мира, за это был положен «спрос» и «ответ», но сейчас такого нет уже, у нас в области, в наших учреждениях, по крайней мере, — объяснил один из свидетелей, начальник оперативного отдела в структуре регионального управления ФСИН.

Позиция Заура Шипилова: «Я не говорил, что вор»

Когда суд предложил подсудимому ответить на обвинение, тот сказал, что сделает это позже.

— Я это все отрицаю полностью. Не признаю. А выскажусь позже, — заявил он.

Когда же речь шла о той самой видеозаписи, на которой он будто бы назвал себя вором, Шипилов все же позволил себе реплику.

— На вопрос, являюсь ли я вором в законе, я сказал: нет, не являюсь и не знаю, что это. Утвердительно я отвечал на другой вопрос, не про вора в законе.

Ну, нет никаких сомнений, что запись эта еще будет представлена суду... При этом стоит отметить: когда Шипилова только задержали, и суд решал вопрос о взятии его под стражу (то есть было это еще до его поступления в СИЗО и до той самой беседы с оперативниками, записанной на видео) тот же вопрос ему задавал судья. И тогда он ответил, что впервые об этом слышит. Вот тот самый фрагмент (видео сделано корреспондентом 1743.ru):

Судья: — «Шипилов имеет статус «вора в законе» — относительно данного обстоятельства что-то можете пояснить?

Заур Шипилов: — Ничего абсолютно. Впервые слышу.

Судья: — То есть вы данный статус не признаете, правильно понимаю?

Заур Шипилов: — Они признают почему-то, я не понимаю, о чем речь вообще...

Очевидно, что этот вопрос еще будет детально обсуждаться на предстоящих заседаниях: процесс предстоит долгий.